Ганцев Камиль Шамильевич — доктор медицинских наук, профессор кафедры онкологии, врач-онколог урологического отделения № 7.
450054, Уфа, пр-т Октября, 73/1; 450008, Уфа, ул. Ленина, 3
Gantsev Kamil Shamilevich — Doctor of Medical Sciences, Professor at the Department of Oncology, Oncologist at the Department of Urology No. 7.
73/1 Oktyabrya avenue, Ufa, 450054; 3 Lenin str., Ufa, 450006
Хмелевский Андрей Анатольевич — аспирант кафедры онкологии, врач-онколог урологического отделения № 7.
450054, Уфа, пр-т Октября, 73/1; 450008, Уфа, ул. Ленина, 3
Khmelevskiy Andrey Anatolevich — Post-graduate student at the Department of Oncology, Oncologist at the Department of Urology No. 7.
73/1 Oktyabrya avenue, Ufa, 450054; 3 Lenin str., Ufa, 450006
Введение. Несмотря на достаточную изученность и безопасность применения комбинации бевацизумаба в сочетании с интерфероном α-2А, всегда будет оставаться группа пациентов, для которых продолжение длительного лекарственного лечения после радикального оперативного вмешательства по личному выбору является нецелесообразным. В данной работе представлено сравнение применения бевацизумаба с ИФН α-2А и активного наблюдения у больных метастатическим раком почки.
Материалы и методы. Выполнен ретроспективный анализ результатов лечения 24 пациентов, которые перенесли радикальное оперативное лечение. Светлоклеточный вариант почечно-клеточного рака был морфологически верифицирован после нефрэктомии во всех случаях. Возраст пациентов варьировался от 62 до 84 лет. Средний возраст 73 ± 2,2 года.
Результаты. Были оценены результаты лечения и активного наблюдения у 24 пациентов обеих групп. Средний период времени без прогрессирования в группе А составил 12,9 мес, в группе B — 9,8 мес. Медиана общей выживаемости в группе А — 22,3 мес, в группе B — 18,7 мес.
Обсуждение. Полученные результаты демонстрируют нам достаточно неплохие показатели для группы пациентов с метастатическим раком почки, не получающих лекарственной терапии, по сравнению с классической схемой иммунотерапии. Существенных и принципиальных отличий по сравнению исследуемых групп не наблюдалось.
Заключение. Индивидуальный и грамотный подход к определению тактики лечения различного контингента больных с метастатическим раком почки важен как при планировании удовлетворительных показателей выживаемости, так и для сохранения того качества жизни, которое является оптимальным конкретно для каждого пациента.
Introduction. Despite the fact that the combined use of bevacizumab and interferon α -2A has been studied extensively and proved to be safe, there will always remain a group of patients for whom continuing the long-term drug treatment after a radical surgery would be unfeasible through personal reasons. This paper presents a comparison of the use of bevacizumab in combination with IFN α -2A and active monitoring in patients with metastatic kidney cancer.
Materials and methods. This is a retrospective treatment outcome analysis performed on 24 patients following radical surgery. The clear cell RCC was morphologically verified following the nephrectomy in all the cases. The patients’ ages ranged from 62 to 84, averaging at 73 ± 2.2.
Results. The outcomes for patients receiving treatment and those being actively monitored were then assessed for the total of 24 people counting both groups. The average length of time without progression amounted to 12.9 months and 9.8 months in the groups A and B, respectively. The median overall survival rate amounted to 22.3 and 18.7 months in the groups A and B, respectively.
Discussion. The results demonstrate rather good indicators for the group of patients with metastatic kidney cancer receiving no drug therapy in comparison with the group receiving treatment in accordance with the classic immunotherapy protocol. No significant or fundamental differences have been observed when the groups studied were compared.
Conclusion. A competent case-specific approach to treatment strategies for various metastatic kidney cancer patient cohorts is important both for planning satisfactory survival rate indicators and for maintaining the quality of life suited specifically for each patient.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.