Preview

Креативная хирургия и онкология

Расширенный поиск

Некоторые аспекты эпидемиологии и диагностики злокачественных новообразований кожи

https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-1-65-73

Полный текст:

Аннотация

В обзорной статье представлены современные вопросы эпидемиологии, классификации и диагностики наиболее часто встречающихся злокачественных новообразований кожи (меланома, базальноклеточный рак, плоскоклеточный рак). Актуальность этих аспектов связана не только c быстрым ростом заболеваемости злокачественными новообразованиями кожи, но также и с появлением широко применяемых специалистами новых, более точных современных методов диагностики последних. Использование неинвазивных диагностических инструментов способно повысить точность клинической диагностики новообразований кожи, что позволит выявлять на ранних стадиях злокачественные опухоли кожи и сократить количество необоснованных хирургических вмешательств. Запоздалая диагностика злокачественных опухолей кожи обусловливает диагностические ошибки врачей различных специальностей и неадекватную тактику ведения пациентов с новообразованиями кожи. В этой связи данная проблема должна рассматриваться как междисциплинарная, для решения которой необходимо объединение усилий по преемственности нескольких специальностей с целью разработки единой тактики по раннему выявлению злокачественных новообразований кожи. Отмечена важность и необходимость грамотной корректировки классификаций злокачественных новообразований кожи и предраков, а также разработки регламента наиболее ранней их диагностики, позволяющей своевременно назначить лечение и сохранить жизнь пациенту.

Для цитирования:


Чеботарев В.В., Хисматуллина 3.Р., Закирова Ю.А. Некоторые аспекты эпидемиологии и диагностики злокачественных новообразований кожи. Креативная хирургия и онкология. 2020;10(1):65-73. https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-1-65-73

For citation:


Chebotarev V.V., Khismatullina Z.R., Zakirova Y.A. Some Aspects of the Epidemiology and Diagnostics of Malignant Skin Neoplasms. Creative surgery and oncology. 2020;10(1):65-73. (In Russ.) https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-1-65-73

Введение

В Российской Федерации (РФ) отмечается рост злокаче­ственных новообразований кожи (ЗНК). Согласно со­временным источникам литературы, в структуре всех злокачественных новообразований злокачественные новообразования кожи занимают ведущие места — 14,2 %. Мужчины чаще всего страдают опухолями лег­ких (17,8 %) и новообразованиями предстательной же­лезы (14,4 %), а третье место по частоте заболеваемости занимают новообразования кожи — 10,0 % (с мелано­мой — 11,4 %). Среди женщин кожная онкологическая патология уступает место только раку молочной желе­зы (20,8 %) [1]. Прослеживается тенденция к росту за­болеваемости злокачественными образованиями кожи не только в целом в России, но и в отдельных регионах. В частности, в Южном и Северокавказском федераль­ных округах заболеваемость злокачественными ново­образованиями кожи составляет 31,13 и 30,03 случая на 100 тыс. населения соответственно [1, 2]. Актуальность этой проблемы связана не только с быстрым ростом заболеваемости ЗНК, но также и с по­явлением широко применяемых специалистами (онко­логи, дерматологи, косметологи) новых, более точных методов диагностики и высокоэффективных комплекс­ных методов лечения. Несмотря на вышесказанное, за­поздалая диагностика злокачественных опухолей кожи в настоящее время имеет место быть [2], обусловливая диагностические ошибки врачей различных специ­альностей и неадекватную терапию новообразований кожи. В этой связи данная проблема должна рассматри­ваться как междисциплинарная, для решения которой необходимо объединение усилий по преемственности нескольких специальностей с целью разработки единой тактики по выявлению ЗНК [3].

Важными вопросами дерматоонкологии являются из­учение и анализ динамики дерматоонкологической заболеваемости для дальнейшего выяснения факто­ров, приведших к развитию данного злокачественного новообразования, выделение групп риска, проведение профилактической и лечебной работы [2, 3].

Эпидемиологические особенности ЗНК

В РФ с 2005 г. ежегодный темп прироста заболевае­мости злокачественными новообразованиями кожи среди обоих полов составлял 1,58 %. В дальнейшем от­мечается тенденция к их росту. В частности, к 2015 г. темп прироста уже составлял 2,84 %. В 2006 г. число впервые в жизни установленного диагноза ЗНК (без меланомы) составляло 20 330, а к 2015 г. уже выросло до 26 874 случаев у мужчин, а у женщин — до 33 198. Очевидно, что частота регистрации ЗНК среди обоих полов неуклонно растет, преимущественно развива­ясь у лиц женского пола [1-3]. В целом ЗНК наиболее распространены среди чувствительных к солнечной инсоляции групп населения (светлый фототип кожи), у которых уровень заболеваемости меланомой при­мерно в 25 раз выше по сравнению с чернокожими людьми и примерно в 6 раз выше, чем у латиноамери­канцев [2].

Также статистика прироста заболеваемости ЗНК указы­вает на тенденцию к росту кумулятивного риска разви­тия ЗНК у обоих полов. В частности, в 2005 г. этот пока­затель составлял 2,62, а в 2015-м он уже достиг 3,12 [1]. Особое место среди всех ЗНК занимает базальноклеточ­ный рак кожи (БКР). Его доля в структуре зарегистри­рованных случаев ЗНК эпидермального происхождения в РФ составляет 60-80 % [2, 3]. Согласно отечественным и зарубежным источникам литературы, именно базаль­ноклеточная карцинома определяет уровень заболевае­мости ЗНК. Рост заболеваемости БКР объясняется уве­личением среднего возраста населения, изменениями в распределении факторов риска (в частности, ультра­фиолетового излучения), а также улучшением качества диагностики вследствие повышения осведомленности как среди практикующих врачей, так и среди населения в целом. Несмотря на высокую распространенность, ле­тальность среди лиц с базальноклеточным раком кожи составляет лишь 0,8 %, а доля больных с начальными (I, II) стадиями опухолевого процесса на момент уста­новления диагноза очень высока (96,6 %) [3, 4].

Доля плоскоклеточного рака кожи в структуре ЗНК со­ставляет от 12 до 26 % [1, 2, 4]. В Соединенных Штатах Америки (США) плоскоклеточный рак кожи находит­ся на втором месте по распространенности среди дру­гих видов рака кожи с ростом заболеваемости более 700 000 случаев ежегодно [4]. Одним из важных факто­ров возникновения плоскоклеточного рака кожи явля­ется возраст (наиболее часто встречается после 65 лет). У детей данная патология практически не наблюдается [1, 4]. Данный вид злокачественного новообразования характеризуется благоприятным исходом на ранних стадиях выявления, что составляет 90 %. На более поздних стадиях плоскоклеточного рака этот показа­тель снижается до 25 %. Для плоскоклеточного рака характерно частое рецидивирование онкологического процесса — около 40 % случаев [2-4].

Особое место среди всех ЗНК занимает меланома, за­болеваемость которой отдельно учитывается офици­альной статистикой. Так, среднегодовой темп прироста заболеваемости меланомой в РФ составляет 2,92 %, что значительно выше, чем при остальных ЗНК. За­болеваемость меланомой в мире в 2012 г. выросла бо­лее чем до 200 000 вновь диагностированных случаев, с оценками 55 000 смертей. Самая высокая заболевае­мость наблюдается в Австралии (13 134 новых случая меланомы кожи в 2014 г.) и в Новой Зеландии (2341 за­регистрированный случай в 2010 г.). В 2014 г. в США прогнозируемая заболеваемость составила 73 870 че­ловек в год, а прогнозируемое число смертей — 9940. В Европе самые высокие показатели заболеваемости наблюдаются в ее северо-западной части и в Сканди­навских странах. При этом самый высокий показатель заболеваемости меланомой зарегистрирован в Швейца­рии (25,8 на 100 000) [5].

Хотя на меланому приходится всего 5 % всех случа­ев ЗНК, она обладает наибольшей «агрессивностью»: даже на 1-й стадии инвазии может приводить до 50 % к летальному исходу. Рост заболеваемости меланомой в России, поздние сроки диагностики и трудности в ее терапии вызывают тревогу отечественных онкологов и дерматологов [1, 5, 6].

Классификация новообразований кожи

Новообразования кожи локализуются в эпидермальной части кожного покрова, а также в слоях дермы, придат­ках кожи и подкожно-жировой клетчатке. Общепринято новообразования кожи делить на злокачественные, до­брокачественные и пограничные. Пограничные опухо­ли и состояния, которые к ним относят, могут являться симптомами того или иного заболевания, имеющего си­стемный характер, но также и метастазами [7].

К вопросам систематизации и классификации кожных новообразований и пороков развития кожи приводит разнообразие их клинических форм, диагностические трудности и ограниченные возможности их дальней­шей терапии. Вследствие того, что большое количество авторов стараются наиболее точно представить опре­деленные особенности строения и клинических про­явлений тех или иных опухолей, наблюдается терми­нологическое разнообразие в классификации кожных новообразований [6-8].

Для того чтобы классификация кожных новообразо­ваний стала единой и получила признание всех специ­алистов (онкологов, дерматологов, патоморфологов, радиологов), в ее основу было предложено положить этиопатогенетический принцип дифференцировки. Однако ввиду того, что у значительного числа опухолей кожи вопросы этиологии и патогенеза до сих пор пол­ностью не выяснены, у большинства авторов использу­ются подходы к классификации ЗНК, основанные толь­ко на их гистопатогенетической картине [7, 9]. Публикация монографий Апатенко А.К. и Вихер- та А.М. (1973) стала переломным моментом в истории отечественной дерматоонкологии [7, 9, 10]. В этот же год была опубликована первая «Гистологическая клас­сификация опухолей кожи», составленная экспертами ВОЗ и переизданная в 1980 и 2006 гг. Следует обратить внимание на различие авторских классификаций но­вообразований кожи (Апатенко А.К., Вихерта А.М. и др.) и классификации Всемирной организации здра­воохранения (ВОЗ). Так, из классификации Апатен- ко А.К. был полностью исключен базальноклеточный рак. В классификации Цветковой Г.М. и Богатыре­вой И.И. (2011) кератоакантома была отнесена к до­брокачественным опухолям, в то время как в клас­сификации новообразований ВОЗ кератоакантома является опухолеподобным поражением, т.е. так на­зываемым преканкрозом (предрак) [10].

Апатенко А.К. (1973) предложил классификацию, ко­торая впоследствии легла в основу классификации Беренбейна Б.А., опубликованной в 1999 г. и основанной на клинических и морфологических особенностях эпи­телиальных опухолей и пороков развития кожи. Затем в 2002 г. данная классификация была дополнена ново­образованиями кожи, вызванными вирусом папил­ломы человека (ВПЧ), что обусловлено высоким рас­пространением ВПЧ-16, -18 типов, которые в «миксте» вызывают почти 5 % раковых заболеваний человека в мире [11, 12].

Расхождение мнений авторов, связанное с классифика­цией преканкрозов, достоверно указывает на несовер­шенство классификации кожных новообразований ВОЗ (1980 и 2006 гг.). К примеру, по мнению Fitzpatrick Th.B. et al. (1982 г.), болезнь Боуэна и эритроплазия Кейра от­носятся к внутриэпидермальным новообразованиям, которые с течением времени приобретают характер­ные особенности плоскоклеточного рака. Что касается классификации ВОЗ (2016), то данные нозологии в ней относят к предраковым заболеваниям [8]. В классифи­кации ВОЗ отсутствует пигментная ксеродерма, кото­рая, по современным данным, часто имеет склонность малигнизироваться [13]. В то же время заслуживает внимания тот факт, что вышеназванные классификации новообразований кожи допустимы для использования в практической деятельности онкологов и дерматоло­гов, так как они дополняют друг друга. Следовательно, указанные классификации стоит применять в практике не по отдельности, а в совокупности. Однако, учитывая современный уровень диагностики новообразований, необходима грамотная корректировка классификаций и уточнение гистопатогенетических особенностей ново­образований кожи [8, 13].

Диагностика новообразований кожи

Стадия опухолевого процесса напрямую влияет на ре­зультат лечения, поэтому в современной научной ли­тературе выделяют ранний, своевременный и поздний уровень диагностики [7, 11, 13]. В частности, уровень диагностики, заключающийся в оценке клинической симптоматики и экспресс-диагностических тестов, обозначается как ранний. На данном диагностическом уровне распознаются ЗНК на стадии in situ или стадии T1. Правильно подобранная терапия может гарантиро­вать очень высокую вероятность полного выздоровле­ния в этой диагностической ситуации [6, 7, 13].

О своевременной диагностике ЗНК можно говорить и на стадии злокачественного новообразования T1-2, N0 M0, при которой применение лишь радикально­го хирургического лечения является недостаточным и требует подключения дополнительных методов те­рапии [6, 13].

Поздней является диагностика ЗНК на стадии Т3-Т4, когда уже выявляются регионарные метастазы в лим­фоузлах и отдаленные метастазы, что свидетельствует о неблагоприятном прогнозе для пациента. В ряде слу­чаев у пациентов с ЗНК на этой стадии отсутствует воз­можность радикального метода лечения [8, 9, 13]. Большее количество кожных новообразований опреде­ляется при визуальном осмотре, однако необходимость дифференциальной диагностики влечет за собой опре­деленные трудности не только для специалистов первич­ного звена, но и для онкологов и дерматологов [7, 13]. Первичным диагностическим приемом при обследова­нии очага на кожных покровах и слизистых при подо­зрении на новообразование кожи является визуальное исследование очага поражения на коже как важнейший этап диагностики ЗНК. От него зависит дальнейшая тактика ведения больного врачом-специалистом. Ос­новной задачей визуального осмотра является изучение и характеристика внешнего вида опухоли кожи и идентификация ее морфологических элементов. Также учи­тывается топическая составляющая ЗНК, так как не­которые новообразования кожи имеют излюбленную локализацию (например, базальноклеточная карцино­ма — лицо) [5, 13]. Но в то же время при визуальном обследовании без подтверждения диагностическими процедурами существует вероятность пропустить ати­пичную форму ЗНК. Например, в работе Cohen (2017) была описана красноточечная базальноклеточная кар­цинома, встречающаяся крайне редко в виде небольшо­го морфологического элемента на коже, когда монодиа­гностика при визуальном осмотре может представлять определенные трудности. При обследовании на мела- ноцитарные новообразования без диагностической технической поддержки дерматологи имеют показатель точности диагностики (визуальный осмотр) выявления меланомы лишь около 65 % [13].

Визуальную оценку новообразований кожи можно улучшить с помощью дерматоскопа, что очень важно для своевременной диагностики меланоцитарных но­вообразований [7, 9, 14]. Дерматоскопия в настоящее время очень активно внедряется в практику онкологов, дерматологов и косметологов. Дерматоскопия являет­ся современным неинвазивным методом диагностики для внешней оценки кожных поражений, позволяю­щим с увеличением разной интенсивности рассмо­треть морфологические структуры, расположенные субэпидермально, размером от 0,2 мкм [14, 15]. В об­зоре, проведенном Jaceline Dinnes et al. (2018), было достоверно показано преимущество дерматоскопии над визуальным осмотром при диагностике мелано­мы. В частности, в 110 случаях меланомы, выявленной дерматоскопически, визуально диагноз был установлен только у 91 пациента, а впоследствии в этих 110 случаях диагноз был подтвержден и гистологически [14]. По со­временным данным, дерматоскопическая диагностика меланомы дает почти 93 % соответствия с результатами гистологического исследования [14, 15].

Несмотря на описанные диагностические преимуще­ства перед визуальным осмотром, в дерматоскопическом изображении могут присутствовать различные аберрации и артефакты. Следовательно, необходимо придерживаться определенных методик и алгоритмов, чтобы распознать эти аномалии и добиться постановки правильного диагноза [14-16].

В работе Nabin K. Mishraа et al. (2019) предлагается ме­тод сегментации очага поражения, который позволяет минимизировать частоту ошибок и увеличить точность распознавания объекта, а также правильно его класси­фицировать. Несмотря на то что сегментация исследу­емого объекта на коже обозначается как основной шаг диагностического алгоритма (ДА), следует также уде­лять внимание и вспомогательным шагам ДА, которые в большинстве случаев вносят основной вклад в диа­гностику ЗНК [17].

В диагностике ЗНК можно использовать такой метод, как спектроскопия (Spectro-CAD), при которой инфор­мация о характеристиках клеток (форма и/или размер) собирается путем измерения показателя прохождения электромагнитных волн через поврежденные участки кожных покровов. Эта информация может быть полу­чена с помощью мультиспектральной визуализации (MSI-CAD), позволяющей создавать компьютерные гра­фические представления морфологии очага на основе обнаружения света, отраженного на нескольких длинах волн по всему очагу поражения. В частности, на сегод­няшний день наиболее распространенной методикой является спектрофотометрия диффузного отражения. Данная методика использует свет, который проникает в кожу на глубину от 2 до 2,5 мм, для получения изо­бражений светоотражения конкретных длин волн в ви­димом инфракрасном спектре света (приблизительно 400-1000 нм). Получение результатов изменений в осла­блении и рассеяния света зависят от наличия меланина, коллагена и структур кровеносных сосудов [18].

В диагностическом арсенале дерматоонкологов при­сутствует и метод ультразвукового исследования (УЗИ) кожи. Ранее он не получил достаточного распростране­ния из-за технических недостатков и отсутствия воз­можности визуализировать слои кожи при невысокой частоте датчиков (3-10 МГц). Но позже появились УЗИ- аппараты с датчиками частотой 20-100 МГц, которые хорошо визуализируют все слои кожи в разнообраз­ные промежутки времени [17-19]. Диагностические ультразвуковые исследования могут точно и быстро различать эпидермальные, дермальные и подкожные ткани в режиме реального времени [20]. Эта процедура помогает идентифицировать поражения, не видимые для пространственно-ограниченных возможностей че­ловеческого глаза. Высокое разрешение при УЗИ позво­ляет это сделать быстро и мобильно. Точность ультра­звукового исследования в области эпидермиса, дермы и подкожно-жировой клетчатки зависит как от квали­фикации врача-диагноста, так и от качества оборудова­ния. Стандартно используют 2-мерные линейные соно­граммы при изображении эпидермиса от 40 до 100 МГц. Популярны 3-мерные (3D/4D) датчики при частоте от 16 до 20 МГц с использованием широкополосных технологий, обеспечивающие высокое разрешение этих структур до 7-сантиметровой глубины [21]. Высо­кое разрешение оборудования УЗИ широко доступно в настоящее время как визуализационная технология для диагностики ЗНК [22, 23].

В дополнение к стандартному ультразвуковому ис­следованию в В-режиме применяется допплеровское ультразвуковое исследование для определения степени васкуляризации опухоли. Допплеровское ультразвуко­вое исследование может быть успешно использовано в предоперационном периоде для определения кор­реляции между степенью васкуляризации (кровоток) опухоли с толщиной (глубиной) Бреслоу [24]. Напом­ним, что по Бреслоу меланомы различаются по тол­щине. В частности, это опухоли, имеющие толщину дермального компонента менее 0,75; 0,75-1,5; 1,51-3,0; 3,0-4,0 и более 4,0 мм [24]. Как самостоятельный метод допплеровское ультразвуковое исследование не являет­ся ценным для дифференциации рака кожи от добро­качественных поражений. Однако его использование в сочетании с высокочастотным ультразвуком может повысить диагностику очага поражения. В настоящее время существует фактор недостаточной подготовки специалистов в области ультразвуковой диагностики кожных новообразований.

Конфокальная лазерная сканирующая микроскопия (КЛСМ) — один из новых методов, позволяющий по­лучать изображения кожи с высоким разрешением. Кожные и подкожные структуры отлично визуализи­руются на изображениях КЛСМ с минимальными раз­ницами в сравнении с гистологическими препаратами, окрашенными гематоксилином и эозином (эпидермис со всеми слоями, коллаген и эластическая ткань, лим­фатические и капиллярные сосуды, луковицы волоса, сальные и потовые железы, подкожно-жировая клетчатка и мышечные волокна) [25]. На сегодняшний день КЛСМ используется либо in vivo в режиме отражения для достижения визуализации с помощью различных показателей преломления «эндогенных хромофоров», таких как кератин и меланин, либо ex vivo во флюо­ресцентном режиме путем предварительного ядерного окрашивания флуорофором. Режим in vivo КЛСМ по­зволяет проводить неинвазивную оптическую биопсию вплоть до верхних слоев дермы и может использоваться для установки макроскопических границ базальнокле­точной карциномы и плоскоклеточного рака [26, 27]. Данный метод создает черно-белые/зеленые изобра­жения, зависящие от показателей преломления ткане­вых структур, дополняемые окрашиванием ядерной флюоресценцией, которое подавляющее большинство хирургов, онкологов и дерматологов не обучены интер­претировать [28].

Полученные изображения могут быть окрашены циф­ровым способом, чтобы имитировать внешний вид обычной гистопатологии с гематоксилином и эозином. Путем использования специфических флюоресцент­ных красителей с селективным связыванием к инте­ресующим структурам, они могут быть использованы в режиме ex vivo КЛСМ, подобно методу иммунохимии [29]. Результаты предыдущих исследований показали, что существует хороший контраст между меланином и меланоцитами с яркими и крупными ядрами в изо­бражениях конфокальной микроскопии из-за высо­кой отражательной способности меланина в отличие от кератиноцитов. В режиме in vivo КЛСМ был успешно также использован для установки макроскопических полей при лентигинозной меланоме до оперативного вмешательства [30].

Другие исследования, в которых последовательно при­меняли режимы отражения и флюоресценции, не толь­ко показали хорошую дифференциальную диагности­ку между основными подтипами невусов, но и смогли дифференцировать невусное образование от меланомы с отличной корреляцией с гистопатологическими ре­зультатами. Последнее обусловливает необходимость широкого внедрения конфокальной микроскопии в практическую деятельность специалистов, занима­ющихся диагностикой новообразований кожи, однако высокая себестоимость оборудования не позволяет ввести этот метод диагностики в повсеместные стан­дарты диагностики ЗНК в настоящее время. Оптический метод, называемый линейно-полевой конфокальной оптической когерентной томографией (ЛК-ОКТ), применяется для получения неинвазивной визуализации кожи человека in vivo с высоким разре­шением [31]. Данный диагностический метод сочетает в себе принципы оптической когерентной томографии во временной области и конфокальной микроскопии с линейным освещением и детекцией с использованием широкополосного лазера и камеры линейного сканиро­вания [32].

Этот оптический метод обеспечивает секционные изо­бражения кожи с пространственным разрешением, со­поставимым с гистологическим срезом. Недостатком ЛК-ОКТ является возможность получать поперечные изображения кожи с разрешением в несколько микро­метров, значительно меньшими, чем у конфокальной микроскопии [33]. Однако когерентная томография имеет более высокую глубину проникновения в кожу (примерно на 1 мм), чем конфокальная микроскопия. Возможность оценки изображений когерентной томо­графии в вертикально ориентированном виде облегча­ет их сравнение с обычными гистологическими среза­ми. Когерентная томография в основном используется для диагностики немеланоцитарных новообразований кожи. Диагностика меланоцитарных новообразований кожи (включая меланому) будет нецелесообразной с помощью когерентной томографии из-за недостаточ­ного разрешения изображения, в отличие от конфо­кальной микроскопии [34].

Но, как было ранее отмечено, ЛК-ОКТ хорошо корре­лирует с гистопатологическим методом исследования новообразований кожи, так как отражает особенности, которые способны сделать постановку диагноза реаль­но возможной. В частности, эти особенности включа­ют наличие дольковых структур (опухолевые островки или гнезда) внутри дермы, которые отделены опухоле­вой стромой [35]. Темная расщелина между дольками и соседней стромой опухоли видна, вероятно, из-за отложения муцина. Яркий ободок, который коррели­рует с характерным коллагеном высокой плотности, окружает дольки опухоли. Кроме того, можно оценить форму и расположение дольки опухоли, которые имеют решающее значение для установления подтипа базаль­ноклеточной карциномы [36]. Также ЛК-ОКТ способна показать большинство ключевых гистопатологических признаков для диагностики меланомы (общее архи­тектурное нарушение, дезорганизация эпидермиса, ча­стичное нарушение кожно-эпидермального перехода, наличие кожных гнезд атипичных меланоцитов раз­личного размера и формы, распространение атипич­ных меланоцитов в пределах эпидермиса). Кроме того, ЛК-ОКТ может также использоваться для определения оптимальной площади для проведения биопсии в слу­чае протяженных онкологических поражений кожи, что позволяет снизить ложноотрицательные показате­ли и ошибки отбора проб [37].

Использование вышеописанных неинвазивных диа­гностических инструментов способно повысить точ­ность клинической диагностики новообразований кожи, что позволит выявлять на ранних стадиях зло­качественные и доброкачественные опухоли кожи и соответственно сократить количество необосно­ванных хирургических вмешательств. И все же на се­годняшний день «золотым стандартом» диагностики новообразований кожи остается морфологическая диагностика. Это обусловлено тем фактом, что боль­шинство опухолей кожи имеет свою индивидуальную гистологическую картину. Исходя из данных литера­туры, можно резюмировать, что информативность ги­стологического метода диагностики новообразований кожи в несколько раз выше, чем информативность ци­тологических методов исследования (мазки-отпечатки, пунктат из опухоли, соскоб). Гистологическое исследо­вание новообразований кожи в настоящее время от­личается своим разнообразием в методиках (световая и электронная микроскопия, иммунофлюоресцентное окрашивание и др.). Однако необходимо учитывать некоторые сложности в постановке диагноза, когда ре­зультаты гистологического исследования совершенно не совпадают с визуальной клинической картиной но­вообразования кожи [38, 39].

Описывая методы диагностики ЗНК, нельзя не коснуться иммунологических методов исследова­ния кожных новообразований, которые в настоящее время являются информативными в плане диффе­ренциальной диагностики. Данные диагностические методы основаны на получении моноклональных антител, которые определяют опухоли кожи с помо­щью маркеров молекулярного типа на самих клетках кожи. В частности, избыточная экспрессия основ­ных эпидермальных провоспалительных цитокинов интерлейкина-1α и интерлейкина-1β положительно коррелирует с обострением симптомов и прогресси­рованием злокачественных новообразований кожи [40]. С помощью моноклональных антител можно определить не только гистологическое строение опу­холи, ее происхождение, но и ее стадийность и сте­пень дифференцировки [7, 9, 20].

Заключение

Таким образом, на современном этапе изучения диа­гностических методов, применяемых в дерматоонко­логии, можно заключить о наличии надежных методов диагностического исследования, позволяющих быстро установить происхождение новообразований кожи (злокачественные и доброкачественные) и предрако­вых кожных состояний. Однако, к сожалению, высокая себестоимость технического оборудования современ­ных диагностических методов не позволяет ввести их в повсеместные стандарты диагностики ЗНК в настоя­щее время. Обилие диагностических методов на сегод­няшний день не отвечает требованиям формирования правильного и единого регламента раннего выявления злокачественных новообразований кожи, их диффе­ренциальной диагностики с учетом разнообразия их клинических форм и трудностей диагностического по­иска. Данный регламент единой тактики по раннему выявлению злокачественных новообразований кожи будет необходим всем специалистам, практика которых связана с дерматоонкологией.

Информация о конфликте интересов. Конфликт интересов отсутствует.

Информация о спонсорстве. Данная работа не финансировалась.

Список литературы

1. Каприн А.Д., Старинский В.В., Петрова Г.В. (ред.). Злокачественные новообразования в России в 2015 году (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ; 2017. 250 с.

2. Давыдов М.И., Аксель Е.М. Статистика злокачественных новообразований в 2014 г. Евразийский онкологический журнал. 2016;4(4):692-879.

3. Гельфонд М.Л. Дифференциальная диагностика опухолей кожи в практике дерматологов и косметологов. Практическая онкология. 2012;13(2):69-79.

4. Bichakjian C., Olencki T., Aasi S., Alam M., Andersen J.S., Berg D., et al. NCCN Guidelines Version 1. Basal Cell Skin Cancer. NCCN. 2016;(5):742-74.

5. Stang A., Jockel K.-H. Does skin cancer screening save lives? A detailed analysis of mortality time trends in Schleswig-Holstein and Germany cancer. 2016;122(3):432-7. DOI: 10.1002/cncr.29755

6. Doolan B.J., Robinson A.J., Wolfe R., Kelle J.W., McLean C., McCormack Ch., et al. Accuracy of partial biopsies in the management of cutaneous melanoma. Australas J Dermatol. 2019;60(3):89-98. DOI: 10.1111/ajd.13004

7. Шляхтунов Е.А., Гидранович А.В., Луд Н.Г. Рак кожи: современное состояние проблемы. Вестник ВГМУ 2014;13(3):20-8.

8. Que S.K.T., Zwald F.O., Schmults Ch.D. Cutaneous squamous cell carcinoma: incidence, risk factors, diagnosis, and staging. J Am Acad Dermatol. 2018;78(2):237-47. DOI: 10.1016/j.jaad.2017.08.059

9. Апатенко А.К. Эпителиальные опухоли и пороки развития кожи. М.: Медицина; 1973. 240 с.

10. LeBoit RE., Burg G., Weedon D., Sarasin A. (editors) Pathology and Genetics of Skin Tumours. Lyon: IARCPress; 2006. P. 125-38

11. Рахматулина М.Р., Семененко А.В. Сравнительный анализ методов диагностики и терапии клинических проявлений папилломавирусной инфекции. Вестник дерматологии и венерологии. 2015;91(1):46-53. DOI: 10.25208/0042-4609-2015-91-1-46-53

12. Aoki R., Charnowski S., Ruzicka T., Reinholz M., Reinholz M. Distribution of high-risk а-genus human papillomavirus genotypes influences neoplasms. J Eur Acad Dermatol Venerol. 2019;33(7):1304-11. DOI: 10.1111/jdv.15547

13. Kohlmeyer J., Steimle-Grauer S.A., Hein R. Cutaneous sarcomas. J Dtsch Dermatol Ges. 2017;15(6):630-48. DOI: 10.1111/ddg.13249

14. Dinnes J., Deeks J.J., Chuchu N., di Ruffano L.F., Matin R.N., Thomson D.R., et al. Dermoscopy, with and without visual inspection, for diagnosing melanoma in adults. Cochrane Database Syst Rev. 2018;12(12):CD011902. DOI: 10.1002/14651858.CD011902.pub2

15. Hosking A.M., Coakley B.J., Chang D., Talebi-Liasi F., Lish S., Lee S.W., et al. Hyperspectral imaging in automated digital dermoscopy screening for melanoma. Lasers Surg Med. 2016;(51)3:214-22. DOI: 10.1002/lsm.23055

16. Barata C., Celebi M.E., Marques J.S. Towards a robust analysis of der-moscopy images acquired under different conditions. In: Celebi M.E., Mendonca T., Marques J.S., (eds) Dermoscopy image analysis. Boca Raton:CRC Press; 2015. R 1-22.

17. Codella N., Cai J., Abedini M., Garnavi R., Halpern A., Smith J.R. Deep learning, sparse coding, and SVM for melanoma recognition in dermoscopy images. In: Luping Zhou, Li Wang, Qian Wang, Yin-ghuan Shi, (eds) Machine Learning in Medical Imaging: Conference proceedings. Munich: Springer; 2015. R 118-26. DOI: 10.1007/978-3-319-24888-2-15

18. Венидиктова Д.Ю. Диагностические возможности комплексного ультразвукового исследования кожи. Смоленский медицинский альманах. 2016;(1):53-6.

19. Catalano O., Roldan F.A., Varelli C., Bard R., Corvino A., Wortsman X. Skin cancer: findings and role of high-resolution ultrasound. J Ultrasound. 2019;22(4):423-31. DOI: 10.1007/s40477-019-00379-0

20. Bakos R.M., Blumetti T.P., Roldan-Marin R., Salerni G. Noninvasive imaging tools in the diagnosis and treatment of skin cancers. Am J Clin Dermatol. 2018;19(Suppl.1):3-14. DOI: 10.1007/s40257-018-0367-4

21. Bhatt K.D., Tambe S.A., Jerajani H.R., Dhurat R.S. Utility of high-frequency ultrasonography in the diagnosis of benign and malignant skin tumors. Indian J Dermatol Venereol Leprol. 2017;83(2):162-82. DOI: 10.4103/0378-6323.191136

22. Barcaui Ede O., Carvalho A.C., Valiante P.M., Barcaui C.B. High-frequency ultrasound associated with dermoscopy in pre-operative evaluation of basal cell carcinoma. An Bras Dermatol. 2014;89(5):828-31. DOI: 10.1590/abd1806-4841.20143176

23. Yeom S.D., Lee S.H., Ko H.S., Chung K.Y., Shin J., Choi G.S., Byun J.W. Effectiveness of dermoscopy in Mohs micrographic surgery (MMS) for nonmelanoma skin cancer (NMSC). Int J Dermatol. 2017;56(6):e136-9. DOI: 10.1111/ijd.13501

24. Златник Е.Ю., Пржедецкий Ю.В., Кочуев С.С., Новикова И.А., Непомнящая Е.М., Закора Г.И. и др. Иммунологические факторы в ткани меланомы кожи различной распространенности. Медицинский вестник Северного Кавказа. 2018;13(1.1):44-8. DOI: 10.14300/mnnc.2018.13013

25. Longo C., Ragazzi M., Rajadhyaksha M., Nehal K., Bennassar A., Pellacani G., et al. In vivo and ex vivo confocal microscopy for dermatologic and Mohs surgeons. Dermatol Clin. 2016;34(4):497-504. DOI: 10.1016/j.det.2016.05.012

26. Lomas A., Leonardi-Bee J., Bath-Hextall F. A systematic review of worldwide incidence of nonmelanoma skin cancer. Br J Dermatol. 2012;166(5):1069-80. DOI: 10.1111/j.1365-2133.2012.10830.x

27. Nelson S.A., Scope A., Rishpon A., Rabinovitz H.S., Oliviero M.C., Laman S.D., et al. Accuracy and confidence in the clinical diagnosis of basal cell cancer using dermoscopy and reflex confocal microscopy. Int J Dermatol. 2016;55(12):1351-6. DOI: 10.1111/ijd.13361

28. Волков И.А., Фриго Н.В., Знаменская Л.Ф., Катунина О.Р. Применение конфокальной лазерной сканирующей микроскопии в биологии и медицине. Вестник дерматологии и венерологии. 2014;90(1):17-24. DOI: 10.25208/0042-4609-2014-90-1-17-24

29. Hartmann D., Ruini C., Mathemeier L., Dietrich A., Ruzicka Th., von Braunmuh T., et al. Identification of ex-vivo confocal scanning microscopic features and their histological correlates in human skin. J Biophotonics. 2016;9(4):376-87. DOI: 10.1002/jbio.201500124

30. Guitera P, Moloney F.J., Menzies S.W., Stretch J.R., Quinn M.J., Hong A., et al. Improving management and patient care in lentigo maligna by mapping with in vivo confocal microscopy. JAMA Dermatol. 2013;149(6):692-8. DOI: 10.1001/jamadermatol.2013.2301

31. Glazer A.M., Rigel D.S., Winkelmann R.R., Farberg A.S. Clinical diagnosis of skin cancer: enhancing inspection and early recognition. Dermatol Clin. 2017;35(4):409-16. DOI: 10.1016/j.det.2017.06.001

32. Levine A., Wang K., Markowitz O. Optical coherence tomography in the diagnosis of skin cancer. Dermatol Clin. 2017;35(4):465-88. DOI: 10.1016/j.det.2017.06.008

33. Плечев В.В., Николаева И.Е., Бузаев И.В., Загитов И.Г., Рис-берг Р.Ю., Олейник Б.А. и др. Оптическая когерентная томография. Международный журнал интервенционной кардиоангиологии, 2016;(46-47):49-60.

34. Fink C., Haenssle H.A. Non-invasive tools for the diagnosis of cutaneous melanoma. Skin Res Technol. 2017;23(3):261-71. DOI: 10.1111/srt.12350

35. Шанина Н.А., Патрушев А.В., Самцов А.В., Кравцова Н.С. Оценка состояния кожи современными неинвазивными методами в процессе коррекции возрастных изменений с использованием эрбиевого и неодимового лазеров. Вестник Российской военномедицинской академии. 2018;1(61):102-7.

36. Утц С.Р, Зимняков Д.А., Галкина Е.М., Ювченко С.А., Алонова М.В., Артемина Е.М. и др. Перспективы применения оптической когерентной томографии для визуализации заболеваний кожи. Саратовский научно-медицинский журнал. 2015;11(3):392-6.

37. Ferrante di Ruffano L., Dinnes J., Deeks J.J., Chuchu N., Bayliss S.E., Davenport C., et al. Optical coherence tomography for diagnosing skin cancer in adults. Cochrane Database Syst Rev. 2018;12:CD013189. DOI: 10.1002/14651858.CD013189

38. Mabula J.B., Chalya P.L., Mchembe M.D., Jaka H., Giiti G., Rambau P., et al. Skin cancers among albinos at a University teaching hospital in North-Western Tanzania: a retrospective review of 64 cases. BMC Dermatol. 2012;12:5. DOI: 10.1186/1471-5945-12-5

39. Guida S., Longo C., Casari A., Ciardo S., Manfredini M., Reggiani C., et al. Update on the use of confocal microscopy in melanoma and nonmelanoma skin cancer. G Ital Dermatol Venereol. 2015;150(5):547-63. PMID: 26140397

40. Maru G.B., Gandhi K., Ramchandani A., Kumar G. The role of inflammation in skin cancer. Adv Exp Med Biol. 2014;816:437-69. DOI: 10.1007/978-3-0348-0837-8_17


Об авторах

В. В. Чеботарев
Ставропольский государственный медицинский университет
Россия

Чеботарев Вячеслав Владимирович — доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой дерматовенерологии и косметологии с курсом ДПО.

355020, Ставрополь, ул. Мира, 310, тел.: +7-962-447-53-55



3. Р. Хисматуллина
Башкирский государственный медицинский университет
Россия

Хисматуллина Зарема Римовна — доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой дерматовенерологии с курсами дерматовенерологии и косметологии ИДПО.

450008, Уфа, ул. Ленина, 3, тел.: 8-987-255-43-01



Ю. А. Закирова
Башкирский государственный медицинский университет
Россия

Закирова Юлия Айратовна — ординатор кафедры дерматовенерологии с курсами дерматовенерологии и косметологии ИДПО.

450008, Уфа, ул. Ленина, 3, тел.: 8-917-768-41-47



Для цитирования:


Чеботарев В.В., Хисматуллина 3.Р., Закирова Ю.А. Некоторые аспекты эпидемиологии и диагностики злокачественных новообразований кожи. Креативная хирургия и онкология. 2020;10(1):65-73. https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-1-65-73

For citation:


Chebotarev V.V., Khismatullina Z.R., Zakirova Y.A. Some Aspects of the Epidemiology and Diagnostics of Malignant Skin Neoplasms. Creative surgery and oncology. 2020;10(1):65-73. (In Russ.) https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-1-65-73

Просмотров: 125


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2307-0501 (Print)
ISSN 2076-3093 (Online)