Preview

Креативная хирургия и онкология

Расширенный поиск

Ранозаживляющие технологии: пути развития (обзор литературы)

https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-2-130-136

Полный текст:

Аннотация

Тканевая инженерия является одной из областей медицинской науки, главная задача которой состоит в воспроизведении биологических эквивалентов тканей и органов. Эта область медицины открывает возможности создания органов и тканей с помощью биоматериалов и наноструктур с целью их развития, поддержания и восстановления функционирования в живом организме. Главная цель тканевой инженерии — искусственно воссоздать наиболее точную структуру ткани. Для достижения данной цели необходимо наличие источника (донора) клеток, искусственного внеклеточного матрикса и ростового фактора. Первым органом, который удалось создать экстракорпорально, а также успешно применить в медицинских практиках, является кожа. В последние годы в технологии 3D-производства биологических структур произошел большой скачок. Большое внимание исследователи начали уделять технологии, которая позволяет создать регулируемое проектирование и производство 2D–3D-структур, состоящих из биологических материалов и жизнеспособных клеток. Такой процесс называется биопроизводством или биопрототипированием. Кожные заменители, полученные в результате применения технологии биопрототипирования, могут быть задействованы в широком спектре медицинских практик, но в первую очередь для замещения дефицита кожных покровов раневой поверхности.

Для цитирования:


Чеботарев В.В., Хисматуллина З.Р., Насырова Л.К. Ранозаживляющие технологии: пути развития (обзор литературы). Креативная хирургия и онкология. 2020;10(2):130-136. https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-2-130-136

For citation:


Chebotarev V.V., Khismatullina Z.R., Nasyrova L.K. Outlook for Wound Healing Technologies (a Review). Creative surgery and oncology. 2020;10(2):130-136. (In Russ.) https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-2-130-136

Введение

Сам термин «тканевая инженерия» введен в научное сообщество в 1960 году ввиду широкого применения клеток ткани в сочетании с другими различными ма­териалами. Под данным термином было принято по­нимать науку междисциплинарного характера, находя­щуюся на стыке биологии и инженерии, целью которой является воссоздание живых тканей с целью замены или улучшения функционирования органов [1, 2]. Тка­невая инженерия является одной из областей медицин­ской науки, главная задача которой состоит в воспроиз­ведении биологических эквивалентов тканей и органов. Эта область медицины открывает возможности созда­ния органов и тканей с помощью биоматериалов и на­ноструктур с целью их развития, поддержания и вос­становления функционирования в живом организме [3, 4]. Главная цель тканевой инженерии — искусствен­но воссоздать наиболее точную структуру ткани. Для достижения данной цели необходимо наличие источ­ника (донора) клеток, искусственного внеклеточного матрикса (ВКМ) и ростового фактора. Чтобы создать биологический суррогат, который бы прижился в орга­низме при процессе регенерации кожи, используются клетки и ВКМ, а также клеточные структуры, которые можно было бы использовать при процедуре клеточной терапии.

Первым органом, который удалось создать экстракор­порально, а также успешно применить в медицинских практиках, является кожа. Возможность генерации кожного покрова открыла горизонты для хирургов и трансплантологов. Однако тканевая инженерия при­вносит большой вклад не только в лечение раневой поверхности, но также и в лечение различных забо­леваний (например, кожных), оказывающих влияние на качество жизни человека [5, 6].

Обзор современных ранозаживляющих технологий

Прежде чем описать современные технологии регене­ративной кожной терапии, уточним, что кожные сур­рогаты создаются в натуральных растворах биоразла­гаемых синтетических полимеров. Пористая структура данных материалов обеспечивает нормальное протека­ние неспецифической адгезии клеток в матриксе, а их способность поглощать влагу способствует транспор­тировке низкомолекулярных растворов и питательных веществ в клетки тканей [7].

Необходимые биоматериалы должны обладать це­лым арсеналом свойств, что обуславливает сложность их подбора. В частности, последние должны обладать нетоксичной деградацией, а также способствовать про­лиферации клеток, неспецифичной клеточной адгезии и клеточной деятельности.

В рамках технологии тканевой инженерии одними из первых материалов для взращивания клеток стали натуральные полимеры, такие как желатин или агар [8]. Сейчас потенциальными биологическими матери­алами для регенерации кожи могут служить «гидро­гели» (альгинат, метиллцеллюлоза, агароза, желатин, фибрин, коллаген, плюроник, тропоэластин, матригель, фиброин шелка и др.). Их гидрофильная функ­ция обеспечивает концентрирование воды в коже. Так, коллаген часто используется в качестве основы для клеточной культуры, однако он может использо­ваться, подобно свойствам гиалуроновой кислоты, и для лечения раневых поверхностей. Также последние исследования показали возможность использования в тканевой инженерии минорных белков, изъятых из натуральной костной ткани (например, фибронектин и остеокальцин) [9].

В настоящее время появилась возможность исполь­зования биоматериалов, содержащих подсаженные стволовые клетки. Это позволило внедрять в техноло­гию биотипирования кожи все функции, характерные для стволовых клеток (опорная, регенеративная, про­лиферативная, дифференцировка, интеграция и др.) и улучшать качество регенерации [10].

В дополнение к биоматериалам в тканевой инженерии могут быть использованы также и некоторые синте­тические материалы. Эти технологии внедряются с це­лью повышения способности организма к регенерации путем подсаживания синтетического материала к ма­териалам клетки для формирования «неокожи». Син­тетические полимеры имеют ряд преимуществ. Во-пер­вых, их состав полностью известен и предсказуем. Во-вторых, они создаются с учетом минимизации им­мунной реакции. Наконец, их коллоидная химическая составляющая в виде скаффолдов (матрицы пористой или волокнистой структуры в виде каркаса для клеток) способствует приживанию и разрастанию клеточных структур. Приводим наиболее часто используемые син­тетические полимеры при создании 3D-скаффолдов: полилактид-ко-гликолид, трикальцийфосфат, хитозан, гидроксиапатит, коллаген, поликапролактон, поликапролактон-поливиниловый спирт, полигликолиевая кислота, полилактидная кислота и др. [11].

Так, любой скаффолд должен иметь следующие харак­теристики: биосовместимость, нетоксичная биораз­лагаемость, способность к воссозданию оптимальных биологических и химических условий для пролифера­ции и дифференциации клеток. Также очень важным свойством «идеального» скаффолда является его пори­стость [11, 12].

Технология биопрототипирования может выполняться при низких температурах, что позволяет использовать большой набор различных биосовместимых материа­лов. Однако одним из недостатков биопечати являет­ся отсутствие возможности воспроизведения твердых конструкций ввиду применения в технологии гидроге­лей [13].

Одним из главных прорывов в области тканевой ин­женерии стало создание современных тонких тканей, которые уже были не раз успешно трансплантированы реципиентам с острой недостаточностью последних. Однако воссоздание более толстых тканей (например, мышцы или печеночная ткань) может осложняться ограничением диффузии кислорода внутри созданных массивов клеток, из-за чего исследователям прихо­дится прибегать к имитации сосудистой сети внутри искусственной ткани, что уже осложняет саму техно­логию.

В последние годы в технологии 3D-производства био­логических структур произошел значительный скачок. Большое внимание исследователи начали уделять тех­нологии, которая позволяет создать регулируемое про­ектирование и производство 2D-3D-структур, состоя­щих из биологических материалов и жизнеспособных клеток. Такой процесс и называется биопроизводством или биопрототипированием. Главной целью дальней­шего развития данной технологии является совершен­ствование 3D-принтера и системы наблюдения, а также контроля производства органов и тканей с помощью чернилоподобной жидкости, называемой «биочернила­ми» [14-16].

Прообразом известной нам 3D-печати послужила методика стереолитографии Ч. Халла (1986 г.). Она представляла собой послойное нанесение матери­ала, который впоследствии отвердевал под воздей­ствием ультрафиолетовых лучей [17]. Таким обра­зом, процесс биопрототипирования представляет собой производство клеточных слоев с целью созда­ния 2D-3D-функционирующего тканевого пласта при использовании клеточных сфероидов в качестве «кирпичей». Данный процесс управляется компьютер­ной программой, которая конструирует 2D-3D-модели, используя системы автоматизированного проекти­рования и производства. Сам аппарат для биологиче­ского моделирования состоит из трех регулировоч­ных приводов углового перемещения и медицинского шприца, выпускающего биочернила. В качестве исход­ной информации для биопрототипирования органов или тканей выступает цифровая трехмерная модель, для проектирования которой могут быть использованы данные, полученные с помощью компьютерной томо­графии или магнитно-резонансной томографии. Такая цифровая модель способствует более точному соответ­ствию структуре суррогатного материала [18]. Используя смешанный раствор кератиноцитов, фибро­бластов, меланоцитов и стволовых клеток, биопринтер может создать адекватную модель системы лечения раз­личных раневых состояний. Данная технология в на­стоящее время уже применяется в тканевой инжене­рии кожных покровов. Лазерный сканер, помещенный в устройство печати, собирает информацию и форми­рует модель повреждения, а поступающий из картрид­жей раствор гидрогелей и живых клеток формирует (слой за слоем) поверхность кожи [19, 20].

Гидрогель — суррогат природного внеклеточного ма­трикса (ВКМ) ткани, которую необходимо воссоздать. Гидрогель представляет собой комплекс белков и протеогликанов. Данный комплекс способствует подса­живанию и приживанию клеточных структур за счет своих механических свойств, наличия определенных факторов роста и молекул клеточной адгезии. В совре­менной науке набирают популярность так называемые «смарт-гидрогели». Они, в отличие от обычных гидро­гелей, обладают характеристиками «золь-гель» перехо­да, имеющего уникальное свойство памяти и способ­ность к самокомплектации [20].

Следует отметить, что при процессе биопрототипи­рования сохраняется жизнеспособность клеток неза­висимо от того, какой именно используется материал [21]. Также преимуществом биопрототипирования в сравнении с традиционной трансплантацией тканей является возможность культивирования новых ткане­вых структур, содержащих клетки самого реципиента. Последнее значительно сокращает риск отторжения трансплантата [22].

Возможность перехода от 2D к 3D-технологии позво­лило контролировать геометрию скаффолда на ми­кроклеточном уровне, тем самым создавая идеальную среду для взаимодействия клеток в искусственной среде [23, 24]. Такая автоматизированная система во­стребована там, где нужно воссоздать «свободное» формирование тканей, что идентично сложной струк­туре живых тканей. Это способствует контролируемой предсказуемости фазового изменения гидрогелей и вы­сокой жизнеспособности клеток во время протекания растворного фактора [25]. Создание клеток кожи с по­мощью 3D-печати требует изоляции аутологичных кле­ток, которые потом пролиферируются в лаборатории для достижения нужного их количества, а далее сле­дует наложение этих клеток слой за слоем с помощью самого принтера. Именно эта современная технология (3D) имеет высокую эффективность в области ткане­вой инженерии кожи, так как она позволяет ученым воссоздать ее точную сложную матрицу, воспроизводя ткань слой за слоем и имитируя натуральный кожный покров. Поскольку кожа имеет несколько слоев, она яв­ляется прекрасным примером для демонстрации преи­муществ и превосходства технологии 3D-производства тканей над традиционными способами культивирова­ния тканей [26].

Однако, несмотря на все преимущества, которы­ми стала обладать тканевая инженерия с приходом 3D-биомоделирования, все же оставался ряд нерешен­ных вопросов, которые еще предстояло решить исследо­вателям. Одной из таких трудностей было воссоздание точной иерархии внутри самой новой ткани. Так, изо­бретение лазерно-опосредованной биопечати оказалось решением данной проблемы, поскольку данная техно­логия позволяет печатать высококачественные соедине­ния, объединяя различные линии клеточных структур. В рамках эксперимента кожа, воссозданная с помощью данной технологии, была подсажена некоторым живот­ным, и новый покров подтвердил способность имити­ровать поведение натуральных клеточных структур. В результате данного исследования лазерно-опосредо­ванная биопечать показала себя как один из лучших способов генерирования искусственной кожи [27, 28].

В рамках 3D-биопечати существует такая методика, как биомимикрия. Для успешного применения данной технологии орган должен быть воссоздан на микромас­штабном уровне. Этот метод может быть использован для создания любого органа или ткани, однако требу­ет точного понимания функционирования воссозда­ваемого органа (ткани). То есть для прорыва в данной области необходимо получить достаточно полную на­учную информацию в области биофизики, инженерии и клеточной биологии [29, 30].

Несколько слов о такой технологии лазерной печати «искусственной кожи», как прямой лазерно-индуци­рованный перенос. Интересно, что ранее данная тех­нология использовалась в основном в производстве («печати») металлов, но, как показали исследования, она может также применяться и в области биопечати кожи. В рамках данного эксперимента были выбра­ны такие клетки, как фибробласты и мезенхимальные стволовые клетки, поскольку последние обладают вы­сокой степенью регенерации и просты в применении (в рамках регенеративной медицины). В результате исследования было получены результаты, что 98 % фи­бробластов и около 90 % мезенхимальных стволовых клеток пережили трансплантацию. Более того, два этих вида клеток нормально развивались и после пересадки. Данный эксперимент показал, что прямой лазерно-ин­дуцированный перенос может быть успешно применен в тканевой инженерии, а в будущем использоваться при создании и пересадке не только кожи, но и других органов [31, 32].

Интересны перспективы биопрототипирования в та­ких областях медицины, как дерматология и косме­тология. Например, культивированные меланоциты могли бы быть успешно использованы при лечении витилиго [33]. В частности, предполагается, что система биопрототипирования могла бы доставлять меланоциты прямо на депигментированную поверхность, обес­печивая дополнительный лечебный эффект при одно­временном воздействии стволовых клеток, росткового фактора и цитокинов. Гипертрофические и атрофиче­ские рубцы также бывают гипопигментированными ввиду гибели меланоцитов, и система 3D-биопрототипирования могла бы контролировать эту гипопигмен­тацию, поставляя определенное количество меланоцитов и стволовых клеток в очаги рубцовой ткани. Также дальнейшее развитие данной технологии может приве­сти к лечению различных видов алопеций. В частности, благодаря стимуляции регенерации волосяных фол­ликулов при использовании стволовых клеток можно обеспечить стойкий фолликулогенез. Однако, чтобы достигнуть этой цели, необходимо тщательное изуче­ние вопросов генерирования волосяного фолликула при внутрикожной трансплантации с учетом функцио­нальной регенерации волос (стимуляция роста волося­ного стержня в волосяных фолликулах, цикл развития волоса, связь с прилежащими тканями, регенерация стволовых клеток и др.) [34, 35].

Однако методика 3D-биопечати также сталкивается с рядом трудностей, пришедших из области тканевой инженерии. Такой проблемой является обеспечение созданного суррогата требуемой васкуляризацией, чтобы обеспечить создаваемой модели продолжитель­ную жизнеспособность. И несмотря на то что ряд ис­следований показал возможность конструирования сосудистого древа для «печатных» органов, вопрос о совместимости данного процесса с остальными ком­понентами печатной системы остается открытым. Так­же результаты исследования показали, что жизнеспо­собность клеток может быть значительно меньше того времени, что требуется для созревания рабочей васку­лярной системы [36-38].

Также существует альтернативный способ пересад­ки печатных моделей тканей. Таким является биопе­чать in vivo, при которой клеточные структуры печата­ются непосредственно на поверхность или внутри тела реципиента. Данная методика уже активно применя­лась в ряде экспериментальных исследований, напри­мер внутри раневой или ожоговой поверхностей, а так­же в местах повреждения черепной коробки у мышей. Если добиться более высокой скорости работы и разре­шения 3D-биопринтера, данная методика может быть применена сразу после получения травмы и даже стать обыденной частью медицинских операций по восста­новлению раневой или ожоговой поверхностей. Таким образом, интересным и перспективным направлением в рамках данного подхода является внедрение био­принтеров в хирургические инструменты [39].

Заключение

Таким образом, можно резюмировать, что кожные заме­нители, полученные в результате применения техноло­гии биопрототипирования, могут быть задействованы в широком спектре медицинских практик, но в первую очередь для замещения дефицита кожных покровов ра­невой поверхности. Эти технологии могут различаться по составу и, соответственно, области применения по­следних. Результаты исследований доказали, что при­меняемые тканевые эквиваленты имеют длительный срок хранения и относительно просты в применении, что выдвигает их в ряд передовых технологий совре­менной медицинской науки. Необходимо учитывать, что конструкции искусственной кожи должны вклю­чать в себя донорские клетки кожи (во избежание иммунной реакции организма) и быть совместимыми с тканями пациента. Перед трансплантацией таких за­менителей необходимо провести обследование пациен­та на изучение биологических свойств его организма, результаты которого должны учитываться при прове­дении процессов кожного биотипирования [38].

В заключение хотелось бы добавить, что, несмотря на огромный прогресс в технологии культивирования тканей in vitro, на современном этапе ранозаживляю­щих технологий не существует коммерчески успешного, доступного и упрощенного в производстве инженерно­го заменителя кожных покровов. Однако стремитель­ный прогресс в области тканевой инженерии оставляет надежду, что в скором будущем такой продукт будет обязательно создан [30] и применен в хирургии, транс­плантологии, дерматологии и других областях медици­ны, где практическая деятельность врачей связана с мо­делированием кожных покровов.

Информация о конфликте интересов. Конфликт интересов отсутст­вует.
Информация о спонсорстве. Данная работа не финансировалась.

Список литературы

1. Яценко А.А., Борозда И.В., Кушнарев В.А., Леонов Д.В., Кислицкий В.М., Устинов Е.М. Возможности использования желатин-глутаровых скаффолдов для культивирования дермальных фибробластов в целях тканевой инженерии для лечения ожоговых повреждений. Забайкальский медицинский вестник. 2019;4:146–52.

2. Sharma P., Kumar P., Sharma R., Bhatt V.D., Dhot P.S. Tissue engineering; current status & futuristic scope. J Med Life. 2019;12(3):225–9. DOI: 10.25122/jml-2019-0032

3. Velasquillo C., Galue E., Rodriquez L., Ibarra C., Guillermo Ibarra-Ibarra C. Skin 3D bioprinting: applications in cosmetology. J Cosmet Dermatol Sci Applicat. 2013;3(1A):85–9. DOI: 10.4236/jcdsa.2013.31A012

4. Tarassoli S.P., Jessop Z.M., Al-Sabah A., Gao N., Whitaker S., Doak S., et al. Skin tissue engineering using 3D bioprinting: An evolving research fi eld. J Plast Reconstr Aesthet Surg. 2018;71(5):615–23. DOI: 10.1016/j.bjps.2017.12.006

5. Смирнова Н.В., Колбе К.А., Дресвянина Е.Н., Добровольская И.П., Юдин В.Е. Оптимизация механических свойств и биоактивности композитных матриц на основе хитозана и нанофибрилл хитина для тканевой инженерии. Цитология. 2019;61(5):385–92. DOI: 10.1134/S0041377119050043

6. Митрошин А.Н., Федорова М.Г., Латынова И.В., Нефедов А.А. Современные представления о применении скаффолдов в регенеративной медицине (обзор литературы). Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Медицинские науки. 2019;2(50):133–43. DOI: 10.21685/2072-3032-2019-2-12

7. Maher P.S., Keatch R.P., Donnelly K., Paxton J.Z. Formed 3D bioscaff olds via rapid prototyping technology. In: Vander Sloten J., Verdonck P., Nyssen M., Haueisen J., (eds) IFMBE Proceedings: 4th European conference of the international federation for medical and biological engineering. New York: Springer; 2009. DOI: 10.1007/978-3-540-89208-3_526

8. Pataky K., Braschler T., Negro A., Renaud P, Lutolf M.P., Brugger J. Microdrop printing of hydrogel bioinks into 3d tissue-like geometries. Adv Mater. 2012;24(3):391–6. DOI: 10.1002/adma.201102800

9. Won J.E., Yun Y.R., Jang J.H., Yang S.H., Kim J.H., Chrzanowski W., et al. Multifunctional and stable bone mimic proteinaceous matrix for bone tissue engineering. Biomaterials. 2015;56:46-57. doi: 10.1016/j.biomaterials.2015.03.022.

10. Shakoori P., Zhang Q., Le A.D. Applications of mesenchymal stem cells in oral and craniofacial regeneration. Oral Maxillofac Surg Clin North Am. 2017;29(1):19–25. DOI: 10.1016/j.coms.2016.08.009

11. Skardal A., Devarasetty M., Kang H.W., Mead I., Bishop C., Shupe T., et al. A hydrogel bioink toolkit for mimicking native tissue biochemical and mechanical properties in bioprinted tissue constructs. Acta Biomater. 2015;25:24–34. DOI: 10.1016/j.actbio.2015.07.030

12. Lee J.S., Hong J.M., Jung J.W., Shim J.H., Oh J.-H., Cho D.W. 3D printing of composite tissue with complex shape applied to ear regeneration. Biofabrication. 2014;6(2):024103. DOI: 10.1088/1758-5082/6/2/024103

13. Holmes B., Bulusu K., Plesniak M., Zhang L.G. A synergistic approach to the design, fabrication and evaluation of 3D printed micro and nano featured scaff olds for vascularized bone tissue repair. Nanotechnology.2016;27(6):064001. DOI: 10.1088/0957-4484/27/6/064001

14. Севастьянов В.И. Клеточно-инженерные конструкции в тканевой инженерии и регенеративной медицине. Вестник трансплантологии и искусственных органов. 2015;17(2):127–30. DOI: 10.15825/1995-1191-2015-2-127-130

15. Pryjmaková J., Kaimlová M., Hubáček T., Švorčík V., Siegel J. Nanostructured materials for artifi cial tissue replacements. Int J Mol Sci. 2020;21(7):2521. DOI: 10.3390/ijms21072521

16. Nyame T.T., Chiang H.A., Leavitt T., Ozambela M., Orgill D.P. Tissueengineered skin substitutes. Plast Reconstr Surg. 2015;136(6):1379–88. DOI: 10.1097/PRS.0000000000001748

17. Калюжная Л.И., Земляной Д.А., Товпеко Д.В., Чеботарев С.В. Анализ мирового опыта использования биоматериалов пуповины в тканевой инженерии и 3d-биопечати. Медицина и организация здравоохранения. 2019;4(1):40–55.

18. Карякин Н.Н., Малышев Е.Е., Горбатов Р.О., Ротич Д.К. Эндопротезирование коленного сустава с применением индивидуальных направителей, созданных с помощью технологий 3D печати. Травматология и ортопедия России. 2017;23(3):110–8. DOI: 10.21823/2311-2905-2017-23-3-110-118

19. Li J., Wu Ch., Chu P.K., Gelinsky M. 3D printing of hydrogels: Rational design strategies and emerging biomedical applications. Materials Sci Engineering: R: Reports. 2020;140:100543. DOI: 10.1016/j.mser.2020.100543

20. Montheil T., Maumus M., Valot L., Lebrun A., Martinez J., Amblard M., et al. Inorganic sol-gel polymerization for hydrogel bioprinting. ACS Omega. 2020;5(6):2640–7. DOI: 10.1021/acsomega.9b03100

21. Васютин И.А., Люндуп А.В., Винаров А.З., Бутнару Д.В., Кузнецов С.Л. Реконструкция уретры с помощью технологий тканевой инженерии. Вестник РАМН. 2017;72(1):17–25. DOI: 10.15690/vramn771

22. Li X., Su X. Multifunctional smart hydrogels: potential in tissue engineering and cancer therapy. J Mater Chem B. 2018;6(29):4714–30.

23. Gardien K.L.M., Middelkoop E., Ulrich M.M.W. Progress towards cellbased wound treatments. Regen Med. 2014;9(2):201–18. DOI: 10.2217/rme.13.97

24. Atala A. Engineering organs. Curr Opin Biotech. 2009;20(5):575–92. DOI: 10.1016/j.copbio.2009.10.003

25. Singh D., Singh D., Han S.S. 3D Printing of scaff old for cells delivery: advances in skin tissue engineering. Polymers (Basel). 2016;8(1):19. DOI: 10.3390/polym8010019

26. Vijayavenkataraman S., Yan W.C., Lu W.F., Wang C.H., Fuh J.Y.H. 3D bioprinting of tissues and organs for regenerative medicine. Adv Drug Deliv Rev. 2018;132:296–332. DOI: 10.1016/j.addr.2018.07.004

27. Michael S., Sorg H., Peck C.T., Koch L., Deiwick A., Chichkov B., et al. Tissue engineered skin substitutes created by laser-assisted bioprinting form skin-like structures in the dorsal skin fold chamber in mice. PLoS One. 2013;8(3):e57741. DOI: 10.1371/journal.pone.0057741

28. Jorgensen A.M., Varkey M., Gorkun A., Clouse C., Xu L., Chou Z., et al. Bioprinted skin recapitulates normal collagen remodeling in full-thickness wounds. Tissue Eng Part A. 2020;26(9–10):512–26. DOI: 10.1089/ten.TEA.2019.0319

29. Pamuditha N.S., Green B.J., Altamentova S.M., Rocheleau J.V. A microfl uidic device designed to induce media fl ow throughout pancreatic islets while limiting shear-induced damage. Lab Chip. 2013;13(22):4374–84. DOI: 10.1039/c3lc50680k

30. Sankar K.S., Altamentova S.M., Rocheleau J.V. Hypoxia induction in cultured pancreatic islets enhances endothelial cell morphology and survival while maintaining beta-cell function. PLoS One. 2019;14(10):e0222424. DOI: 10.1371/journal.pone.0222424

31. Koch L., Kuhn S., Sorg H., Gruene M., Schlie S., Gaebel R., et al. Laser printing of skin cells and human stem cells. Tissue Eng Part C Methods. 2010;16(5):847–54. DOI: 10.1089/ten.TEC.2009.0397

32. Koch L., Gruene M., Unger C., Chichkov B. Laser assisted cell printing. Curr Pharm Biotechnol. 2013;14(1):91–7. PMID: 23570054

33. Zokaei S., Farhud D.D., Keykhaei M., Zarif Yeganeh M., Rahimi H., Moravvej H. Cultured epidermal melanocyte transplantation in vitiligo: a review article. Iran J Public Health. 2019;48(3):388–99. PMID: 31223565

34. Redondo P., Gímenez de Azcarate A., Núñez-Córdoba J.M., Andreu E.J., García-Guzman M., Aguado L., et al. Effi cacy of autologous melanocyte transplantation on amniotic membrane in patients with stable leukoderma: a randomized clinical trial. JAMA Dermatol. 2015;151(8):897–9. DOI: 10.1001/jamadermatol.2015.0299

35. Jiménez-Acosta F., Ponce-Rodríguez I. Follicular unit extraction for hair transplantation: an update. Actas Dermosifi liogr. 2017;108(6):532–7. DOI: 10.1016/j.ad.2017.02.015

36. Zito P.M., Raggio B.S. Hair Transplantation. In: StatPearls. Treasure Island (FL): StatPearls Publishing; 2020.

37. Murphy S., Atala A. 3D bioprinting of tissues and organs. Nat Biotechnol. 2014;32:773–85. DOI: 10.1038/nbt.2958

38. Константинова М. В., Хайцев Н. В., Кравцова А. А., Балашов Л. Д. Основные проблемы заживления ран и использование заменителей кожи. Педиатр. 2015;6(2):85–95. DOI: 10.17816/PED6285-95

39. Мелешина А.В., Быстрова А.С., Роговая О.С., Воротеляк Е.А., Васильев А.В., Загайнова Е.В. Тканеинженерные конструкты кожи и использование стволовых клеток для создания кожных эквивалентов (обзор). Современные технологии в медицине. 2017;9(1):198–218. DOI: 10.17691/stm2017.9.1.24


Об авторах

В. В. Чеботарев
Ставропольский государственный медицинский университет
Россия

Чеботарев Вячеслав Владимирович — д.м.н., профессор, кафедра дерматовенерологии и косметологии с курсом ДПО.

тел.: +79624475355



З. Р. Хисматуллина
Башкирский государственный медицинский университет
Россия

Хисматуллина Зарема Римовна — д.м.н ., профессор, кафедра дерматовенеролгии с курсами дерматовенерологии и косметологии ИДПО.

тел.: 89872554301



Л. К. Насырова
Башкирский государственный медицинский университет; Городская клиническая больница № 13
Россия

Насырова Лиана Камилевна — врач-терапевт.

тел.: 8-9677458360



Для цитирования:


Чеботарев В.В., Хисматуллина З.Р., Насырова Л.К. Ранозаживляющие технологии: пути развития (обзор литературы). Креативная хирургия и онкология. 2020;10(2):130-136. https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-2-130-136

For citation:


Chebotarev V.V., Khismatullina Z.R., Nasyrova L.K. Outlook for Wound Healing Technologies (a Review). Creative surgery and oncology. 2020;10(2):130-136. (In Russ.) https://doi.org/10.24060/2076-3093-2020-10-2-130-136

Просмотров: 40


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2307-0501 (Print)
ISSN 2076-3093 (Online)